14 декабря 2013, 09:33
5166 |

Соль третьей октавы

В 2004 году Гоар Гаспарян исполнилось 80 лет. В день своего юбилея знаменитая армянская певица снова вышла на сцену... Это был первый день рождения в Ереване, который она встретила без супруга Тиграна Левоняна, с которым прожила 47 лет в счастье и любви. Несмотря на то, что их «неравному» браку прочили скорый конец: муж был намного моложе Гоар и к тому же ее учеником. Мистика или совпадение, но родились они в один день — 14 декабря.

Звезда Гоар
Дома она была приветливой и доброй — от ее присутствия становилось уютно. Но, выходя на сцену, Гоар преображалась — это была уже царица, со спокойным достоинством и горделивой осанкой. Густые, черные как смоль волосы, огромные глаза, лицо с правильными чертами и голос, голос... Особенный, поражающий необыкновенным тембром и невероятным диапазоном.

А началось все в Египте, с пения в церковном хоре. Там же, в Каире, были и первая запись на радио, и первая роль, и учеба в консерватории у Элиз Фельдман и Винченцо Карро, и работа солисткой Египетского национального радио. Оперному искусству в Каирской консерватории обучали итальянские профессора, раскрывшие ей секреты и тонкости высокого бельканто, а глубокое понимание армянской национальной музыки было, наверное, у Гоар в крови. Скажем, армянского ашуга Саят-Нову любит и исполняет весь Ближний Восток, несть числа интерпретациям его произведений во всевозможных музыкальных традициях и на различных языках, но только Гоар Гаспарян сумела возвысить его музыку до высот классического искусства — до совершенства.

Потом была репатриация, изящное деревянное здание Летнего зала филармонии, где и состоялся знаменитый концерт Симфонического оркестра под руководством дирижера Сурена Чарекяна, на котором солировала никому еще не известная египетская армянка. Как вспоминает филолог Светлана Авакян, Гоар однажды рассказала ей историю из своего далекого каирского детства: «Возвращаюсь со школы домой, а следом за мной неотступно идет индус с огромным перстнем на пальце. Мне становится страшно, я начинаю бежать и решаю укрыться в доме тети, находящемся неподалеку. А индус догоняет меня и говорит: «Не бойся, девочка! Я вижу над твоей головой звезду — у тебя будет долгая и счастливая жизнь». Как после этого не верить в предсказания! В 1996 году Международный регистр звезд назовет одно из небесных светил именем Гоар Гаспарян, и с тех пор звезда, навсегда потерявшая скучный инвентарный номер, который астрономы имеют обыкновение присваивать своим «подопечным», засияла на небосклоне новым светом рядом с Арамом Хачатуряном и Комитасом.

Сцена из оперы «Ануш». Ануш — Гоар Гаспарян, Саро — Аваг ПетросянСцена из оперы «Ануш». Ануш — Гоар Гаспарян, Саро — Аваг Петросян

Диапазон
Голос Валерии Барсовой считался одним из лучших колоратурных сопрано не только Советского Союза, но и всего мира. Певица была на тридцать лет старше Гоар (она пела еще с Федором Шаляпиным в «Севильском цирюльнике»), и ко времени их знакомства занималась преподаванием в Московской консерватории — карьера в Большом была уже завершена.

Услышав Гоар в 1951 году, Барсова пришла в такой восторг, что организовала ей концерт в Центральном доме работников искусств в Москве. Начался он в 11 вечера и длился... до 3 часов ночи. Ученики Барсовой даже приуныли: «Разве можно спеть так же, как поет Гоар?!» Валерия Владимировна была удивлена такой реакцией: «Я не для того позвала вас на этот концерт, чтобы вы отказались петь, совсем наоборот».

Завистники появились сразу: на концерте в Москве, посвященном 175-летию Большого театра, Гоар Гаспарян пела «Соловья» Алябьева без сопровождения флейтиста: кто-то выкрал флейту. Некоторые артисты Большого были в панике: «Мы не сможем петь в театре, где поет Гоар». Они боялись, что зритель, услышав соль диез третьей октавы, взятый с такой легкостью, не примирится с более скромными возможностями других певцов. Еще бы, диапазон в 3 октавы (в то время как обычные человеческие возможности ограничиваются 2 — максимум 2,5 октавами) — от ноты соль малой октавы до ноты соль третьей! Мария Каллас, например, столько не вытягивала. Причем на протяжении всего диапазона тембр звучания голоса Гоар не менялся, а это уже просто фантастика. Но природные данные ничто, если не управлять ими с тем артистизмом, каким обладала только Гоар. Она, в отличие от многих, знала, о чем поет, блестяще владея языками, на которых исполнялся мировой вокальный репертуар — итальянским, французским, немецким (прибавим арабский и английский). Впрочем, по иронии судьбы, все эти языки по прибытии из Египта на историческую родину необходимо было заменить незнакомым ей русским, так как все оперы, кроме армянских, в Советской Армении исполнялись на нем.

Сцена из оперы «Риголетто». Джильда — Гоар Гаспарян, Риголетто — Мигран ЕркатСцена из оперы «Риголетто». Джильда — Гоар Гаспарян, Риголетто — Мигран Еркат

Линия жизни
Франц Шуберт дал универсальное определение: «Хороший музыкант, который является только хорошим музыкантом, не может быть хорошим музыкантом». Гоар Гаспарян была личностью глубокой и разносторонней, что проявлялось и в искусстве, и в самых сложных перипетиях личной жизни. Ни завистники (которых, естественно, было множество), ни враги (которые были, наверное) не нашли в жизни Гаспарян ни одного пятнышка, ни одного компрометирующего факта — иначе не преминули бы поведать об этом миру. Она приехала в Армению замужней женщиной (девичья ее фамилия — Хачатрян). Ее первый муж, Айк Гаспарян, происходил из обеспеченной армянской семьи, жившей в столице Судана Хартуме, получил блестящее лингвистическое образование. Отец Гоар работал в судебной системе Каира. Гоар уже была в Ереване, когда оказалось, что ушедший со службы и уже продавший дом, чтобы тоже переехать на историческую родину, отец столкнулся с большими трудностями: репатриация уже закончилась. Певица обратилась за помощью ни много ни мало к самому Сталину — тот, представьте, помог.

Вскоре по приезде в Армению Гоар влюбилась в хориста Ереванской оперы Тиграна Левоняна, бывшего моложе нее на 12 лет. Многим со стороны, конечно, показалось, что  вот, мол, увлеклась примадонна симпатичным юношей, покрутит с ним роман, а потом... Но Гоар Гаспарян не позволяла в отношениях с людьми ни малейшей фальши, ни грана пошлости. С Айком Гаспаряном они вполне интеллигентно разошлись, брак с Левоняном был юридически оформлен, и Гоар приняла фамилию нового мужа. Журналист Григор Апоян вспоминает, что некоторое время на афишах под ее портретами печаталось: «Гоар Левонян (Гаспарян)». Потом, по всей видимости, «имиджмейкеры» (тогда они, конечно, назывались совсем по-другому) убедили ее, что имя «Гоар Гаспарян» уже широко известно в мире и отказываться от него нецелесообразно из сугубо практических соображений.

Они прожили вместе долгие счастливые годы, и с какого-то времени постепенно все стали понимать, что это было не легкомысленное увлечение, а глубокая духовная близость людей, одинаково увлеченных друг другом, искусством и театром.

Слава
Гоар Гаспарян — явление мирового оперного искусства, и слава ее гремела далеко за пределами Советского Союза. А в СССР она была кумиром миллионов. Заслуженный деятель искусств Грузии Михаил Григорян принимал непосредственное участие в праздновании 125-летия Тбилисского армянского театра им. П.Адамяна. Было это в начале 80-х. Юбилей отмечался с особой помпой, и со всех концов огромной страны на торжества съехались ведущие деятели культуры, в том числе Гоар Гаспарян.

На вопрос грузинского телевидения, что побудило ее приехать в Тбилиси, она ответила: «Во-первых, то, что я — армянка и должна присутствовать на таком мероприятии, а во-вторых — люблю Тбилиси и его жителей». Власти Грузии, как всегда, уделили ей особое внимание. Заслуженный деятель искусств Вадим Шубладзе, профессор консерватории и дирижер вспоминает: «В Тбилиси конная милиция оцепила концертный зал, в котором должна была выступать Гоар Гаспарян. Попасть на ее концерт было практически невозможно. Для того времени это был феноменальный уровень, нечто удивительное, и на концертах творилось что-то абсолютно невообразимое». Десять юбилейных дней пролетели быстро, и певице надо было уезжать, она спешила — в Ереване был назначен спектакль с ее участием. И то, что произошло в аэропорту, не поддается описанию: чуть ли не весь персонал аэропорта выстроился в два ряда буквально до трапа самолета, и у каждого в руке по гвоздике. Они дружно скандировали: «Гоар дидеба! Слава Гоар!» А Гоар Михайловна шествовала мимо них и озабоченным шепотом просила сопровождающих не спешить, чтобы из-под длинной юбки вдруг не выглянули обыкновенные домашние шлепанцы, надетые для удобства в пути.

Верность
«Ереван — гавань, откуда начинаются все мои артистические путешествия и куда я неизменно возвращаюсь... Где бы я ни находилась, всегда стремлюсь в этот единственный для меня город, с нетерпением жду приземления самолета в ереванском аэропорту...» — говорила Гоар Гаспарян. О ее патриотизме ходят легенды — в любой стране она всегда находила время для встреч с соотечественниками, посещения армянских церквей, исполнения патарага (литургии) под их сводами, выступлений в армянских школах. Во время гастролей Гоар в Турции страна отмечала годовщину смерти Кемаля Ататюрка. Из советского посольства принесли цветы и сказали, что она должна возложить их на его могилу. Гоар вежливо, но наотрез отказалась. Вместо посещения могилы она поехала на озеро Ван, о чем давно мечтала. Для нее не существовало политических запретов, она ставила подпись под петициями, будь то в СССР или, позже, в независимой Армении, отлично понимая, что ее имя — это сила.

В советские годы только пять великих исполнителей — Давид Ойстрах, Леонид Коган, Святослав Рихтер, Эмиль Гилельс и Гоар Гаспарян — имели самые высокие гонорарные ставки за выступления за рубежом. Гоар Михайловна, смеясь, рассказывала, что они получали за один концерт очень большие суммы в долларах, из которых, однако, им доставались гроши, львиная доля шла в государственную казну. Терпение москвичей однажды лопнуло, и они написали коллективное письмо в Госконцерт, требуя повысить гонорар. В ответ их… три года не выпускали из СССР. А Гоар Михайловна говорила: «Материальные трудности — не самое страшное. После землетрясения я дала обет передавать все гонорары на благотворительные цели. С тех пор так и делаю».

Она могла бы жить в любом месте планеты, блистать на лучших сценах, иметь машины, виллы, миллионы, но непременно возвращалась в Армению.

...А после Гоар никто пока не сумел взять ноту соль 3-й октавы.

Досье
Гоар Гаспарян
(1924—2007) — выдающаяся армянская певица (сопрано).
Родилась в Каире в 1924г., там же окончила консерваторию и успешно выступала с сольными концертами.
В 1948г. переехала в Армению.
С 1949 по 2007гг. в Ереванском государственном академическом театре оперы и балета спела главные партии в двадцати трех операх, а ее концертный репертуар включал около 500 произведений русских, французских, немецких и итальянских композиторов.
В 1964г. получила Государственную премию Армянской ССР.
Депутат Верховного Совета СССР 7-го и 8-го созывов.
Став профессором Ереванской консерватории, Гоар Гаспарян воспитала целую плеяду прекрасных певцов и певиц.
Народная артистка СССР, лауреат Сталинской премии, Герой Социалистического труда, кавалер ордена Месропа Маштоца.

Тигран Левонян (1936—2004) родился в Бейруте, Ливан. Певец (тенор), режиссер, профессор Ереванской государственной консерватории. Народный артист Армении.
В 1958г. окончил Ереванский художественно-театральный институт. Вокалу учился у Гоар Гаспарян, стажировался в La Scala. Был солистом Ереванского государственного академического театра оперы и балета, а с 1991 по 1999гг. — директором этого театра.

Журнaл «Ереван», N11, 2009

Еще по теме