16 июля 2013, 15:04
2436 |

«Параджанов». Одиночество гения на языке Аведикяна

Подошел к концу десятый юбилейный Золотой Абрикос. В рамках закрытия фестиваля состоялась долгожданная премьера фильма «Параджанов» режиссера, актера, продюсера Сержа Аведикяна. Совместная армяно-украинско-французская картина была встречена ереванским зрителем весьма тепло.

Фильм, впрочем, как и сама персона Параджанова, неизбежно вызовет множество споров, будет обсуждаться, восхваляться, подвергаться критике бесчисленное количество раз. Однако после просмотра картины, многие сошлись в одном – создателям удалось не перейти границу, не перегнуть палку, не сфальшивить. После просмотра «Параджанова» возникло множество вопросов, на которые режиссер и исполнитель главной роли Серж Аведикян ответил журналистам на следующий день после премьеры.

Снимать кино о человеке такого масштаба, как Параджанов – очень ответственный и смелый шаг. Как вы решились на это?
Идея фильма была не моя - мне просто предложили его сделать. И это имеет значение. Сам бы возможно я и не решился. За картину взялся ради того, чтобы понять, познать идеальный язык, через который можно рассказать о таком человеке, как Параджанов. А это можно было сделать, лишь опираясь на человечность. У нас с Сергеем были очень теплые отношения. Этот фильм – подарок Параджанову от чистого сердца, от души.

Я понял, что ошибок не избежать, и я их совершал. Что-то удалось исправить, что-то нет. Когда взялся за съемки фильма, твердо знал, что не надо делать никакой копировки, иначе провал, ничего не получится.

Благодарен съемочной группе за то, что создала для меня атмосферу полной внутренней свободы в выражении собственных чувств, которая позволила понять внутренний мир Параджанова, наполненный эмоциями, льющимися через край. Мне надо было выйти за рамки, чтобы почувствовать энергетику мастера. Я понял, что Параджанов позволяет мне это делать, он дал добро. Это не мистика.

Как, по-вашему, приняла армянская публика картину?
Скажу вам честно, больше всего я боялся показывать фильм именно здесь, зная, кем является для армян Параджанов. Перед показом я просто напомнил всем присутствующим, что это игровой фильм, и воспринимать его надо именно как художественный. Также я попросил зрителей постараться посмотреть ленту с открытым сердцем, чистой душой – без страха и предрассудков. И я почувствовал, что зрители правильно восприняли фильм. Мои слова дошли до зрителя, он меня понял, за что я очень благодарен.

Что вам больше всего помогло в создании картины и параджановского образа?
Доверие Параджанова. Я был с ним лично знаком, общался с ним, чувствовал его «запах».
Для создания фильма мне было необходимо много энергии. И я чувствовал ее в себе. Но энергию эту надо было сохранить до конца картины. Сразу было понятно, что без помощи мне не справиться. И помог мне именно Сергей, его невидимое присутствие. Также помогли параллельная игра в картине и участие в ней в качестве режиссера. Ведь я – режиссер, снимающий фильм, играл режиссера, снимающего фильм. Это был хитрый и очень полезный ход, который помог мне максимально понять и раскрыть образ Параджанова.

Как повлиял на вас образ гения?
На протяжении всего съемочного процесса я стал очень чувствителен ко всему. На меня все действовало. И в тот момент было очень важно, чтобы меня любили. Я мучился от одиночества по вечерам, мне было страшно. Я превратился в капризного ребенка, которому нельзя было ни в чем отказывать. Не мог контролировать свои эмоции, они во мне не умещались. Мне нужны были чувства. Физиологически я был под давлением Параджанова, под его внутренним миром. Теперь я понимаю, почему Параджанов был упитанным – в нем просто не помещались все его чувства и эмоции.

Что вам удалось показать в картине?
Одиночество гения. Трагедия одиночества – вот что я хотел показать. Я понесся во внутреннюю вселенную Параджанова, при этом стараясь избегать в фильме психологического копания и давления на зрителя. Не хотел превращать этот фильм в закрытый эгоцентричный мир. Контекст – вот что меня интересовало. Контекст жизни Параджанова. Те рамки, в которые его пытались загнать, а он постоянно из них вырывался, сопротивляясь ограничениям и стремясь к полной внутренней свободе.

Чем займетесь после «Параджанова»?
Я недавно приступил к новому проекту, который в процессе утверждения – «Последний раунд в Стамбуле». Это будет мой первый анимационный полнометражный фильм. Над ним я работал долгие годы.

Еще по теме