20 июня 2013, 12:10
4944 |

Полупустыня возвращается в Ереван

Карине Даниелян, кандидат биологических наук, доктор географических наук, профессор, завкафедрой экологии и устойчивого развития Армянского педагогического университета, считает, что сегодня в нашей столице серьезно нарушен экологический баланс между застроенной частью города и зелеными зонами различного назначения, а это чревато рисками во всех сферах экологии.

На фотографиях Еревана 50—60-х годов видно, как густо была озеленена основная часть города. Сегодня трудно в это поверить…
— Наш город расположен в полупустынной зоне. Это не самые удобные природно-климатические условия для существования, но других условий у Еревана никогда не было. Ситуацию усложняет то, что климат в этой части Армении резко континентальный — летом очень жарко, зимой холодно. Поэтому еще в 20-х годах прошлого века было задумано создание искусственного микроклимата, чтобы людям было комфортно жить. Когда современный город только закладывался, Таманян и его коллеги решили создать условия для определенного экобаланса, который должен был способствовать тому, чтобы наша климатическая зона перестала быть полупустынной. Для этого в центре и вокруг всего города было заложено значительное количество зеленых массивов (сейчас это принято называть «зеленым каркасом города»). Эта задумка учитывалась во всех последующих генпланах, вплоть до 70-х. Микроклимат стал более благоприятным для проживания. К тому же при застройке домов непременно учитывалась и роза ветров: здания строились так, чтобы не мешать ветрам прочищать воздушный бассейн города. А что творится сегодня?.. Попробуйте, к примеру, понаблюдать за рядом платанов вдоль улиц. Он неестественно прерывается. Деревья эти просто вырубают в том месте, где собираются выстроить банк, какой-нибудь супермаркет или офисный объект... А кто дал на это добро? Неизвестно. Я понимаю, что газон, на котором уже красуется постройка, вернуть невозможно, но ведь можно хотя бы высадить новые деревья.

Если существует генплан города, где отмечены зеленые массивы, то каким образом на этих территориях появляются объекты недвижимости?
— В начале 90-х, в связи с энергетическим кризисом, когда народу надо было просто выживать, большая часть зеленых насаждений была вырублена. И именно в эти времена вдруг почему-то перестал действовать генеральный план озеленения и градостроительства. Странно было и то, что мы не нашли ни одного документа, в котором говорилось бы о прекращении его действия. Виной тому была идеология, общая для всего бывшего СССР: сменился общественный строй, а значит, теперь богатым и сильным дозволено все. В нашей столице то тут, то там появляются точечные застройки зданий, и буржуй с большими деньгами может построить любой объект в той зеленой части города, в которой пожелает, заплатив официально назначенную мэрией денежную таксу. За это ему спокойно выписывают разрешение на любое строительство. Незаконные работы часто происходят и на достаточно больших территориях, выделенных государством школам. Олигархи их присваивают, уговаривая и подкупая директоров. А мэрия как была, так и остается равнодушной ко всему происходящему. В итоге в стране складывается ситуация, когда взрослым негде отдыхать по вечерам, а детям — играть и заниматься спортом.

На сегодняшний день Москва уже отказалась от точечных застроек. Более того, там разработаны проекты, направленные на освобождение центра города от новых деловых объектов, банков. Все подобные постройки выводятся на окраины уже хотя бы потому, что каждая из них несет с собой огромное количество машин… Что же касается ереванских улиц, они изначально не были рассчитаны на такое количество автомобилей. Так что в этом вопросе мы уже вступаем в такой же транспортный коллапс, как и Москва.

Нынче одна за другой, как грибы после дождя, растут высотки. Не опасно ли это с точки зрения сейсмостойкости?
— После землетрясения 1988-го в стране были установлены строгие нормы постройки зданий, которые в последнее время стали грубо нарушаться. Друг за другом начали строиться высотные дома — без проведения геологических изысканий и абсолютно без учета расстояния между зданиями. Часто даже строительство идет на месте, где протекает вода или находится водоотвод. Не секрет, что весь центр столицы, побережья реки Раздан и приток реки Гетар, наиболее опасны в сейсмическом отношении. Однако, похоже, никому до этого нет дела. Когда перекрывали последние части Гетара, мы, экологи, во всеуслышание заявили, что в генплане эта река отмечена как естественная часть ландшафта и что она должна быть сохранена. Вместо бетонирования ее можно было очень красиво оформить и держать в чистоте. Мы предвидели и то, что все те туннели, что сейчас поставлены по руслу Гетара, после сильных дождей будут заливаться водой. Так оно и вышло — каждую весну и осень город подвергается риску наводнения…

Не умолкают разговоры и вокруг Северного проспекта и близлежащих зданий…
— Согласно решению правительства, сооружения на Северном проспекте не должны быть выше здания оперы, т.е. максимум — пять-шесть этажей. Нам говорят, что по проекту Таманяна Северный проспект должен непременно напрямую связываться с площадью Республики. Что же там мешает? Конечно же, здание Исторического музея и Национальной галереи. Есть архитекторы, которые ратуют за его снос. И никому нет дела до того, что, согласно тому же проекту Таманяна, главный бульвар Северного проспекта должен быть полностью в зелени и без высотных застроек, с выходом к Опере. Сейчас вновь встал вопрос и о строительстве на площади Республики.

Еще одна напасть: в городе не раз видели ядовитых змей, а скорпионы заползают прямо в жилые дома — это тоже издержки экологической нестабильности?
— Недавно Министерство чрезвычайных ситуаций заговорило по местному телевидению о мерах предосторожности на тот случай, если в дом заползла змея… Спрашивается, почему это раньше змеи и скорпионы в дома не заползали, а сейчас их — чем дальше, тем больше? Все это происходит потому, что мы вернули полупустыню в город, которая естественно притягивает свою фауну и флору. Свое мнение о нарушениях градостроительства Еревана, помимо архитекторов, должны высказывать и специалисты других областей науки, в том числе и зоологи. Недавно, когда шел спор вокруг очередного проекта, главный архитектор заявил, что на обсуждениях должны приниматься к сведению лишь мнения профессионалов, и, стало быть, «ни один гинеколог не имеет права говорить на темы, касающиеся архитектуры». Я возразила, сказав, что о современной архитектуре города должны говорить и гинекологи тоже, потому как именно они каждый день видят проблемы, связанные с деторождением и сложной беременностью, которые также могут быть следствием нарушения экологии, вызванные ошибками градостроительства.

Однако нельзя не заметить и приятное новшество — каждый день в городе «умывают» старые здания, дышать как будто стало легче…
— Да, к тому же подновили и покрасили старые дома. В нашем городе в большом количестве появились и цветы. Столица вообще должна быть украшена растениями. Стали неплохо и дворы озеленять, площадки детские строить. Однако одновременно с этим продолжают разрушать остатки культурно-исторических памятников. Фактически на сегодняшний день почти уничтожена память города конца XIX — начала XX веков, а теперь, как говорилось выше, уже перешли и к Таманяновскому наследию. А как же иначе! У нас бы надо еще ресторанов построить, а негде…

Еще по теме