23 мая 2013, 17:47
2491 |

Ночной дозор

О чем чаще всего говорят ночью в Ереване? Оказывается: «Девушка, дорогая, номер мотеля подскажи», «Друг, презерватив дай какой-нибудь», «Брат, нам пару порций чалахача неси», «Диджей, музон давай!», «Дядь, свободен? Давай тогда домой поедем»… Именно такие лаконичные фразы наполняют жизнь тех, кто работает в Ереване ночью. Их мы и попросили рассказать о работе под покровом темноты.

Арам Мадатян, ночной дежурный, аптека «Альфа Фарм»:
— В «Альфа Фарм» ночной дежурный обязательно должен быть парнем, потому что посетитель в это время суток особенный и своеобразный. Желательно, чтобы два года армии у тебя были за плечами, хотя это не обязательное условие. Я студент, учусь на первом курсе магистратуры факультета военной медицины в ЕГМУ. То есть днем — уроки, ночью — работа. После 12-и двери аптеки закрываются, и торговля производится из окошка. У двери установлен большой звонок, но вместо того, чтобы нажать на кнопку, люди обычно ломаятся в закрытую дверь. Думаю: сейчас будет ограбление, бегу к окну, а там — покупатель, который не додумался позвонить.

Кстати, чисто ночная тема. Продаю лекарство, говорю: «Здоровья вам», а в ответ: «Я не болен». А однажды под утро зашли молодые супруги и сказали, что проснулись и обнаружили ребенка совершенно посиневшим, просили дать что-то, чтобы пришел в себя. Сколько я ни убеждал, что ребенка надо срочно отвезти к врачу, отвечали: «Врачей мы и без тебя найдем, дай что-нибудь, чтобы пришел в себя»… В итоге разозлились и вышли, типа пошли, ни черта тут не понимают.

Словом, ночью я стараюсь работать с людьми на дистанции, в прямом и переносном смысле, без этого нервы вряд ли выдержат. Работа в аптеке для меня, медика, полезна. По крайней мере о лекарствах я буду знать все. Но, с другой стороны, я не сплю всю ночь и вынужденно сталкиваюсь с категорией людей, общаться с которыми действительно сложно. Но, несмотря ни на что, работаю с удовольствием, ведь я сам выбрал этот путь.

Раньше после часу или двух ночи посетителями аптеки были в основном алкоголики или наркоманы. Первые покупали спирт, вторые — обезболивающее, из него каким-то образом получали наркотики. Но сейчас не совсем так. Хотя я всего лишь продаю и не могу знать, когда посетитель использует, скажем, «Кафетин» как обезболивающее, а когда…

Ночью покупают много презервативов. Притом, что днем они почти не продаются. Потому что парни, увидев за прилавком девушку, стесняются попросить. Много продается также и препаратов, стимулирующих потенцию. Приходят, говорят: «Брат, днем пришли в аптеку, девушка работала, постояли полчаса, постеснялись, свалили… Ну, ты понял…» У девушек своя история. Если работник аптеки парень, они стесняются покупать прокладки. Ждут немного, спрашивают, нет ли другого работника, нет, ну дайте «вот этого». Стесняются также покупать вагинальные свечи, притворяются, что это не для них.

Ночь — время обезболивающих. Если разболелся зуб днем, бежишь к стоматологу, а ночью — в аптеку. Круглосуточных стоматологических мало. Памперсов тоже много продается.

Наблюдая за посетителями аптеки, можно сделать вывод, что здоровье нации находится на среднем уровне или ниже. Полноценно здоровых людей почти нет: высокое давление, проблемы с желудком, нарушение половых функций… К сожалению, половыми нарушениями страдают по большей части молодые парни, и виной тому они сами. Потому что используют виаграподобные стимуляторы. Хотя в их возрасте никакой надобности в этом нет.

Ночью есть свой мертвый час, когда в аптеку никто не заходит. В это время я либо делаю уроки, либо захожу в Интернет. На самом деле бодрствовать на все 100% невозможно: бывают моменты, когда глаза закрываются, что бы ты ни делал. Хотя когда я в аптеке, то всегда начеку. Ухо ожидает звонка каждую секунду. Дверная трель стала для меня рефлектором. Как только ее слышу, быстро надеваю халат и бегу к окну. А до работы в аптеке я спал как убитый…

Левон Есаян, ночной человек, То4ка project:
— В пятницу вечером мы уже начинаем готовиться в уик-энду. То есть в каком-нибудь клубе или в доме друга у нас preparty: кто пьет, кто слушает музыку — словом, поднимаем себе настроение. Потом идем в конкретный клуб на конкретную вечеринку, где мы веселимся, веселимся и веселимся… После чего мы еще идем на afterparty. В Ереване afterparty-клубов мало. Поэтому обычно мы для этого выбираем не клуб, а какое-нибудь закрытое помещение: это может быть чей-то дом, чья-то дача и…

Клубный день должен заканчиваться с рассветом. Если идешь на тематическую вечеринку, стараешься одеться «в тему». Если это рейв на открытом воздухе, лучше одеть простую футболку, джинсы и кеды, чтобы было удобно. А на гламурном парти стараешься выглядеть совсем по-другому.

В клубах можно встретить людей очень разных возрастов: от молодняка до… Есть люди под 50, знающие, как повеселиться ночью. Есть субъекты, которые могут затеять ссору и без алкоголя.

Нельзя быть в плену у клуба и ночной жизни. К клубу надо относиться как к способу хорошо провести время, а не как к каждодневной дозе, без которой задыхаешься. Ночью темп, настроение, люди совсем другие. Ночью выражение лиц другое, по-другому улыбаются, по-другому общаются. Ночью с чужими людьми ты можешь быть более адекватным, чем днем. Клубные люди легче друг к другу относятся: днем ты не можешь просто так улыбнуться совсем левому человеку или он тебе, спросить: ну как, все оk? А ночью, если ты в клубе, можешь. Может, завтра увидитесь, не вспомните и не узнаете друг друга, но здесь отношение другое, позитива побольше, все легче. И «виной» тому — ночь.
Все зависит от музона, все в руках диджея. Он может заразить людей хорошей энергетикой, агрессией, позитивом, а может и наоборот. У нас, конечно, клубная жизнь не совсем полноценная, девушек мало. А за границей совсем по-другому: девушек может быть больше, чем парней. Уж не говоря о том, что в районах клубной жизни почти совсем нет — по понятным причинам. Вот поэтому To4ka project пытается организовывать подобные вещи и за пределами Еревана. Например, в горах Дилижана или на каком-нибудь пляже Севана. У черта на куличках устанавливаем аппаратуру, приглашаем диджеев и собираем рейвы. Территория, куда люди могут приходить выпить, пообщаться, потанцевать… На реализацию таких проектов меня вдохновляют хорошие люди, но главное — все делать с энтузиазмом и пытаться получить кайф по максимуму.

Астхик Гераветян, специалист по информированию, информационный центр «Спюр»:
— Ночная смена имеет свои минусы — иногда очень хочется спать, и плюсы — звонков куда меньше (днем до 500, ночью максимум 100), то есть ты особо не перегружена. Кроме того, весь день остается в твоем распоряжении, ты вольна планировать его как хочешь. Женщины любят говорить, особенно по телефону, но я столько занимаюсь этим на рабочем месте, что вне работы телефонный разговор просто не выношу. Если дома я говорю больше 5 минут, это уже трагедия.

Чтобы преодолеть тягу ко сну, я пью кофе или смотрю кино в Интернете. Не спать ночью помогают также и звонки, потому что достаточно кому-то позвонить и задать какой-нибудь странный вопрос… и начинаешь смеяться, и ты снова бодрая. У нас есть одна сотрудница, непонятно как, но эти дурацкие звонки всегда достаются именно ей. Поэтому когда такой вопрос задается мне, я говорю: «Знаешь, твои клиенты звонили».
Одно время мы даже записывали на бумажку такие бодрящие звонки. Например, звонят, спрашивают: «Когда плов варить к Пасхе?», «Рецепт наполеона не подскажете?», «Нужно спину потереть. Подскажите кого-нибудь»… Иногда узнаем звонящего по голосу, есть номера, которые мы уже выучили наизусть.

Ночные звонки особенные: в основном спрашивают номера аэропорта, стоматологических клиник, ресторанов, отелей или мотелей. Это еще ничего, но, так как мы народ хлебосольный, в 4—5 часов утра звонят, спрашивают номера по доставке шашлыка, кебаба или пиццы. Хотя однажды в полночь позвонили, спросили «номер по доставке супа».

Отношение к нам ночных клиентов тоже интересное. Говорят, мол, девушка, ты уж прости, разбудил ночью, вы в воскресенье работаете?.. Есть вопросы, которые задают почти все звонящие. Например, даю городской номер, уточняют: на 010? Или даю номер на 091: это мобильный? Или спрашивают телефон горячей линии, но понятия не имеют, какой именно. Однажды у меня кто-то просит горячую линию. Говорю: «Какая линия вам нужна?» Ответ: «Ты что, не знаешь, что такое горячая линия?!» Я говорю, что есть много горячих линий, могу, например, милицию продиктовать. «Вай, нет, девушка, дорогая, дай просто какой-нибудь номер горячей линии, пусть придут поснимают». Хотя, бывают, конечно, и очень вежливые звонки. Звонят, здороваются, благодарят, да еще и желают хорошего рабочего дня.

Ваагн Карапетян, пекарь, ООО «Эй-Би Ю програм»:
— Раз в два дня я веду ночной образ жизни. Нет ничего хорошего или правильного в том, чтобы находиться ночью в пекарне, а хуже всего то, что часам к 4 клонит ко сну просто ужасно. Я умываюсь холодной водой, чтобы немного взбодриться. Даже кофе не помогает, потому что мы уже столько его выпили, что он перестал действовать. Что поделаешь, думаю о том, что все работники в пекарнях бодрствуют, как и я.
Ночью работаем вдвоем. Мы уже почти как семья. Болтаем, шутим, чтобы убить время. По профессии я военный, но сегодня работаю пекарем. Военному ближе, да и легче работать в пекарне. Я готовлю тесто и пеку хлеб. Чтобы печь его вкусно , надо быть армянином. То, что мы выжимаем из камня хлеб, — абсолютная правда.

Скоро будем печь ванский хлеб. Ни в одной другой пекарне Армении ванский хлеб не пекут. Более того, даже в Ване сегодня его не делают, потому что в Ване ванцев не осталось, одни только курды. А какой из курда пекарь? Сейчас ванский хлеб только в Стамбуле можно попробовать, и то армянин печет. Мои предки были из Вана, и я только продолжаю семейное дело, а авторские права — у них. Ванский хлеб не похож ни на матнакаш, ни на лаваш. Это буханка с дыркой посередине. Раньше хлеб подвешивали, чтобы остыл. Дырка для того и была предназначена. Мы в точности сохраним внешний вид и вкус хлеба. Сейчас ждем, чтобы из Вана привезли несколько видов приправ, как только их доставят в Ереван — у нас в пекарне появится ванский хлеб. Приходите попробовать!

Андраник Бальян, водитель, такси-сервис «Эро+»:
— Водить днем или ночью — две большие разницы. Днем легче в том смысле, что светло, безопасно. А ночью заказов меньше, улицы пустые, все спокойнее. Хотя водить ночью все равно опасно: бываешь уставшим, да и не знаешь, кто останавливает, кто садится к тебе в машину — бог знает, что может случиться… Ночью ритм города другой.

Сейчас движение куда лучше. Но, например, в Зейтуне есть одна точка, где знак стоит неправильно. Знак с детьми, и скорость указана «40». Ладно, согласен. Но, откуда тут детям-то взяться в 2 часа ночи?! Знак должен быть электронным, чтобы ночью скорость поменялась. А то камеры наблюдения фотографируют бессмысленно, потом еще деньги платить приходится. Если ночью останавливают молодые парни, лучше дел с ними не иметь: садятся, просишь не курить — куда уж там, говорят, буду курить, не пристегиваются, давай туда, заедем сюда…
Я не курю, и кофе тоже не люблю, вместо этого я держу в машине собаку. Приучил, чтобы лаяла на каждого, кто закурит. Сказал, что если лаять не будет, обрежу уши, будет ходить, как собака пастуха, а не таксиста. Ночные пассажиры в основном едут в аэропорт. Еще это мужчины, которые спешат домой, потому что задержались на пирушке в ресторане. И, конечно же, влюбленные пары.

Я сам смеюсь над шутками и историями про таксистов. Иногда мы сами о себе сочиняем. Так время проходит быстрее, к тому же смех бодрит. Например, когда садятся, спрашиваю: «Вы там никаких детей случаем не забыли?» А когда выходят, напоминаю, чтобы у меня в салоне детей-шметей не оставляли. Таким образом, и мы остаемся в тонусе, и пассажиры получают заряд хорошего настроения. Армянские мужчины и так очень привязываются к машине, а теперь представьте, что я даже ночь посвящаю ей.

Журнал «ԵՐԵՎԱՆ»N9, 2012

Еще по теме