Журнал Декабрь 2012 Воскреситель вишапов

25 декабря 2012, 15:10
2208 |

Воскреситель вишапов

Целых 30 лет университеты Советского Союза не имели права игнорировать одну из самых утопичных теорий в истории лингвистики. Николай Марр, придумавший ее, был непререкаемым авторитетом в Академии и народным кумиром. Позже его имя запретили даже произносить. И только в Армении отношение к ученому оставалось незыблемым и не подвергалось никаким метаморфозам: его всегда почитали. В армянской истории Николай Марр остался человеком, который снял пелену забвения с города тысячи и одной церкви, воскресив вместе с ним амбиции целого народа. Ани стал одним из тех воспоминаний о прошлом, которые формируют будущее.

Ген амбиций 
Единственным, что связывало Марра с Арменией, была его страсть к восточным языкам. Он в совершенстве знал и армянский, и арабский, и китайский, и многие другие. Не говоря уже о родных — грузинском и английском. Отец его, Яков Монтегю-Марр, шотландский ботаник, разводил в Грузии чаи, приобщал кавказцев к тонкостям европейской светскости и даже занимался практической наукой — основал в Кутаиси ботанический сад. Грузинский язык он так и не выучил, говорил только по-английски или по-французски. Овдовев, в преклонном возрасте Монтегю-Марр взял в жены молодую грузинку Агафию Магулария — мать Николая. Та, в свою очередь, говорила только по-грузински. Поэтому к полилингвизму будущий ученый привык с детства и, поступив в Петербургский университет, одновременно занимался на всех отделениях факультета восточных языков, изучив все преподававшиеся там языки. В 1888 году он окончил университет и вскоре стал одним из самых заметных российских востоковедов своего времени.
В конце XIX века Императорская академия наук, вслед за англичанами и французами, начала изучать историческое наследие Кавказа и Ближнего Востока. Идея об исследовании древней армянской столицы возникла после публикации книги французского историка Жака де Моргана «Миссия на Кавказе». В результате в 1892 году в Ани была послана группа археологов под руководством самого перспективного и амбициозного ума академии — Николая Марра.

Крепостная стена
Тысячу лет назад стена, возведенная Ашотом III, окольцовывала город Ани, защищая древнюю столицу от чужеземных нашествий. Теперь тут и там виднелись лишь полуразрушенные фрагменты сооружений и построек, над которыми со скрупулезностью ювелиров работала группа петербургских археологов. Всего за месяц, проведенный в Ани, ученые Императорской академии наук во главе с Марром обнаружили руины сразу нескольких средневековых церквей, а фрагменты построек перевезли в Санкт-Петербург для дальнейшего изучения. Однако по возвращении в столицу Российской империи стало ясно, что работы возобновятся не скоро. Раскопки, инициированные Императорским археологическим обществом, были приостановлены по распоряжению русских властей на Кавказе. Российские чиновники в Армении были насторожены открытиями в Ани и высказали серьезные опасения, что напоминание об этом мощном древнем государстве может пробудить в армянах неудержимое желание вернуть былое величие.

Копия Звартноца
Николай Яковлевич стал читать в университете Санкт-Петербурга лекции по филологии, затем получил степень доктора филологических наук и, наконец, был назначен профессором армянской и грузинской литературы. Прошло целых 10 лет, прежде чем Марру дали возможность возобновить раскопки Ани. До этого там работала только горстка армянских исследователей, среди них — фотограф Арам Вруйр и архитектор Торос Тораманян. В 1906 году они присоединились к команде Марра и занялись раскопками когда-то самой населенной части Ани. Жилые дома, куски стен, предметы быта — любая мелочь была на вес золота. Но Марр искал одну вполне конкретную постройку. В начале XI века легендарный архитектор Трдат построил для царя Гагика I церковь Гагикашен. По свидетельствам историков, церковь была спроектирована по подобию собора Звартноц, почти полностью разрушенного землетрясением в конце X века. Эта копия Звартноца заворожила армянских летописцев: Марр читал детальное описание постройки в десятках манускриптов. В попытках определить точное место в ущелье Цахкоцадзор, на которое указывали историки, Марр даже составил карту. Его внимание привлек большой курган, на вершине которого было несколько полуразрушенных могил, и он решил искать Гагикашен именно здесь. Он условно разделил холм на три яруса, внутри которых должны были покоиться руины церкви. Могилы на вершине оказались целым кладбищем XVI века, глубже — снова могилы вперемешку с остатками стен жилых домов. И вот наконец: «Рабочие едва начали углубляться во второй слой горы, когда мы обнаружили желанную вершину одного из столпов Гагикашена». Вместе с остатками храма ученые нашли каменную статую царя Гагика I с моделью построенной им церкви в руках. Позже Марр подробно опишет эти исследования в своей знаменитой книге «Ани: Книжная история города и раскопки на месте городища».

Читайте полную версию в формате PDF