Журнал Май 2013 Ключ от всех дверей

26 апреля 2013, 11:55
3808 |

Ключ от всех дверей

Когда в 1831 году в Париже увидел свет роман Виктора Гюго «Собор Парижской Богоматери», принесший автору всемирную славу, вряд ли тот мог предположить, что полтора века спустя его творение обретет вторую жизнь благодаря музыкальной постановке. «Нотр-Дам де Пари» стал театральной сенсацией и одним из главных музыкальных проектов 1990-х. Своему успеху Мюзикл был обязан запоминающимся композициям и исполнителям главных ролей — Гару, Патрику Фьори и Элен Сегара. В нашей стране к последним двум отношение особое — у обоих армянские корни. Исполнительница роли Эсмеральды в очередной раз побывала в Ереване — ее сольный концерт открыл месяц франкофонии в Армении.

Элен, расскажите о вашем посещении Армении в 2006 году, когда вы выступили в рамках концерта «Шарль Азнавур и друзья»…
— Это был невероятный вечер. Ведь я впервые приехала на родину своей мамы, да еще в изумительной компании «друзей Азнавура», не говоря уж о более чем серьезном поводе — праздновалось 15-летие независимости, на главной площади страны, в присутствии десятков тысяч зрителей… Я тогда практически ничего не знала об Армении, но ощущала себя как дома. У меня было впечатление, будто я всю жизнь здесь росла, знала людей. Надеюсь, что в будущем то же самое почувствуют и мои дети. В Ереване на улице ко мне подходили люди, улыбались и говорили «барев!»: все уже слышали мюзикл «Нотр-Дам де Пари» и, конечно, знали, что я армянка!
И вот сейчас — снова Ереван, снова концерт, на этот раз сольный. Армения не стоит на месте, многое меняется, развивается. Неизменным осталось главное — теплота и доброта людей. А еще я каждый раз открываю здесь для себя что-нибудь новое. В этот приезд, например, я, наконец, собственными глазами увидела, как производится знаменитый армянский коньяк, а после экскурсии по Ереванскому коньячному заводу мне даже подарили бутылку этого великолепного напитка. Я практически не употребляю алкоголь, но это больше, чем просто напиток.

Каково быть наполовину итальянкой, наполовину армянкой и жить во Франции?
— Это значит быть средиземноморцем! Армянская и итальянская составляющие во мне всегда были в полной гармонии, так как эти народы очень похожи. И у тех, и у других особое, трепетное отношение к семье. И те, и другие очень темпераментные и жизнерадостные люди. А Франция — место, где каждый может чувствовать себя комфортно. Кстати, несмотря на то, что мама рано потеряла родителей и вообще-то росла в итальянской семье, она сохранила свою национальную идентичность, свободно говорит на армянском. Я, к сожалению, так и не выучила его. Вообще, раньше я не особо задумывалась о своих корнях. Связь с Арменией крепла с годами. Азнавур мне однажды тоже говорил, что по-настоящему армянином он стал уже в зрелом возрасте.

Шарль Азнавур, кажется, играет в вашей жизни большую роль...
— Во-первых, сколько себя помню, его музыка всегда звучала у нас дома. Кроме того, мама училась в школе в одном классе с его дочерью Седой. А потом, в самом начале своей карьеры, я познакомилась с ним лично. Благодаря Шарлю во время того, первого приезда в Армению, я услышала самую потрясающую песню в своей жизни. Мы сидели всей командой в ресторане. Азнавур попросил ресторанного певца подойти поближе и спеть какую-то песню на армянском. Без микрофона, без аккомпанемента — он, мы и песня. Это было невероятно! Она меня настолько тронула, что я расплакалась. Чтобы скрыть слезы от других, я наклонилась и сделала вид, что ищу что-то в сумке. И вдруг Шарль похлопал меня по плечу и сказал: «Не копайся в сумочке, все равно я знаю, что ты плачешь». Записать название песни в тот вечер я, конечно, не додумалась, поэтому, уже вернувшись во Францию, перерыла весь Интернет и прослушала, наверное, все существующие армянские песни, чтобы отыскать ту, что так меня взволновала.

Нашли, надеюсь?
— К счастью, да, она называлась «Дле яман». И во время моего последнего концерта в Ереване я исполнила эту песню со сцены. Я очень волновалась, но все прошло хорошо, и зрителям, кажется, понравилось.

Когда вы поняли, что будете певицей?
— Всегда знала. Мама, правда, очень боялась, не хотела отпускать меня на сцену. Она была очень далека от мира музыки, и у нее имелись свои представления о том, как он устроен, так что я прекрасно ее понимаю.

Читайте полную версию в формате PDF