15 ноября 2013, 08:50
2775 |

Каирское погружение

Крайняя бедность и баснословное богатство, мечети и христианские храмы, изысканные европейские здания и безликие новостройки соседствуют в Каире настолько близко, что так сразу во всем и не разберешься. За свою тысячелетнюю историю город пережил множество взлетов и падений. Немало для его процветания сделали армяне, обосновавшиеся в Египте много веков назад.

Кто-то в свое время сказал: «Каир на самом деле блестящий город. Ему просто нужно немного помыться». Трудно было бы найти определение более точное. Столица Египта со своим 15-миллионным населением (по неофициальным данным, число каирцев достигает 25 миллионов) скрывает в себе много интересного и загадочного. А для того, чтобы все это увидеть, нужно просто внимательнее смотреть.

Но перед тем, как начать исследование, любознательному путешественнику нужно обосноваться. Отель Sofitel El Gezirah на нильском острове Замалек подходит для этого как нельзя лучше. Высокая башня гостиницы находится на южном конце острова, откуда открывается потрясающий вид на самую длинную реку в мире. Кстати, первое, что сообщила Нихал — пиар-менеджер этого отеля сети Sofitel, — он единственный во всем Каире, все 433 номера которого смотрят на Нил. Поднявшись к себе на 8-й этаж и выглянув в окно, я понял, что это действительно хороший повод для гордости. Причем дело не только в красоте вида, но и в том, что, в отличие от многих других отелей, Sofitel El Gezirah практически изолирован от городского шума. А в Каире пробки со всем вытeкающим оттуда шумом случаются и ночью. Устроившись, я спустился в уютную кафешку Window on the Nile прямо на берегу, где мне назначила встречу Нихал. Пока мы ждали кофе, девушка, улыбнувшись, спросила:

— А у вашего имени есть уменьшительная форма?
— Можете называть меня Арто, — ответил я, понимая, что мое имя звучит довольно сложно для иностранного уха.
— Арто, знаете, должна признаться, что до вашего приезда мы называли вас между собой Аватаром.

Дом Якубяна — главное место действия в романе Аля Аль-АсуаниДом Якубяна — главное место действия в романе Аля Аль-Асуани

Вот как глубоко проникло новое творение Джеймса Кэмерона! Кстати, как оказалось, Sofitel El Gezirah имеет непосредственное отношение к миру большого кино. «В прошлом году во время Международного каирского кинофестиваля у нас в отеле гостили Рассел Кроу и Сэмюэл Джексон, — сообщила Нихал. — А вообще, среди наших посетителей бывают люди самых разных профессий, возрастов и национальностей». Для всех них в отеле существует такой впечатляющий набор для развлечения и отдыха (восемь разных ресторанов, спа-центр, казино, бассейн...), что в один момент мне даже расхотелось выходить в город. С другой стороны, Каир стоит того, чтобы закрыть глаза на все неудобства и нырнуть в этот город-океан, на глубине которого можно найти множество сокровищ. А если присмотреться, то на многих из них можно будет разглядеть армянскую печать. 

Посольство Армении, бывший дом семьи ЧакерПосольство Армении, бывший дом семьи Чакер

***
В качестве первого погружения решаю нанести визит в посольство Армении, тем более что оно находится тут же, на Замалеке. К слову, на одном только этом острове живет больше людей, чем во всей Армении. До посольства можно добраться пешком минут за сорок — по улице Азиза Абазы, протянувшейся вдоль берега. Рассматривая бесконечные кафе, дореволюционные здания и огромные деревья, под которыми на скамейках сидели влюбленные пары (большинство девушек, конечно, с прикрытыми волосами), я дошел до улицы Мохаммед Мажар, где сосредоточена основная часть посольств. Окрашенная в цвета армянского триколора охранная будка с двумя добродушными стражами развеяла сомнения: вот он, кусочек родины!

Здание армянского посольства было построено в 1927 году архитектором Арсеном Мелконяном и принадлежало семейству Джаника Чакера. После его смерти в доме долгое время жила его жена Сатеник, которая завещала все свое состояние Армянскому Всеобщему Благотворительному Союзу. Деньги были розданы нуждающимся, а дом передан дипломатической миссии. Однако не обошлось без проблем. Дело в том, что на красивое здание претендовал слуга госпожи Чакер, долгое время работавший у нее. Свои претензии он обосновал довольно странным законом, по которому на жилплощадь может спокойно претендовать любой, кто занимает ее какое-то время, независимо от того, на кого она записана. «Для нас это, может, и звучит странно, зато в Каире, где огромные проблемы с жильем, это кое-как да разрешает многие конфликтные ситуации, — объясняет консул Арутюн, — в противном случае миллионы людей окажутся на улице. А так их никто не имеет права лишать жилья». Как бы то ни было, здание все же перешло к посольству, а обнаглевший слуга получил ту площадь, которую занимал, будучи работником.

Рассказав эту занятную историю, Арутюн посоветовал обязательно заглянуть в епархию Армянской Апостольской Церкви и пообщаться с отцом Ашотом Мнацаканяном. Ну а пока не грех прогуляться по городу.

Церковь Сурб Григор Лусаворич в КаиреЦерковь Сурб Григор Лусаворич в Каире

***
До исламской революции 1952 года Каир мыли до блеска по нескольку раз в день. А машин там почти не было. Посему город был скорее изысканно европейским, чем шумно восточным. В центре одно за другим появлялись чудесные дома, которые украсили бы любую европейскую столицу. Сегодня самым большим европейским наследием Каира можно считать улицу Талаат Харб. Хотя путь из отеля до нее очень короткий, из-за бесконечных пробок дорога затягивается до добрых тридцати минут. Кроме того, не владеющему английским таксисту понадобилось немало усилий, чтобы понять, куда же надо ехать. По всей Талаат Харб тянутся великолепные здания — гостинцы, бизнес-центры, магазины… И эта улица, кстати, одна из немногих, где установлены (и функционируют!) светофоры. Правда, переходить ее все равно нужно осторожно — не все каирские водители придерживаются дорожных правил.

Высокое красивое здание под номером 34 в принципе не особо выделяется среди своих соседей. Но в первой половине XX века оно было самым известным в Каире, если не во всем Египте. Здесь тусовалась богема — артисты, писатели, художники, — а также либерально настроенные бизнесмены и аристократы дореволюционного Египта. В историю это здание, считающееся символом толерантности и либерализма эпохи, вошло как дом Якубяна — по имени видного предпринимателя Ншана Якубяна. Новая волна интереса к этому строению поднялась в 2001 году, благодаря одноименной книге египетского писателя Аля Аль-Асуани. В ней автор во всей красе описал жизнь этого дома. Как сказал один из специалистов той эпохи, «все, что происходило с Египтом, происходило и со зданием».

Отдав должное внимание знаменитому дому, потерявшему свое общественное значение, но сохранившему культурную ценность, захожу в одно из многочисленных кафе на Талаат Харб. По совету официанта-копта заказываю чашку асуанского каркаде — фирменного египетского чая. Кстати, об этом напитке. Если турецкие армяне в свое время занимали лидирующие роли в кофейном бизнесе, то в Египте многие наши соотечественники занимались чаем. К слову, одного из них, Ваге Артиняна, называли не иначе как чайным королем.

Каир. Армянская католическая церковь Успения Каир. Армянская католическая церковь Успения

***
Сурб Аствацацин, первая армянская церковь в Египте, была построена в Каире в 1839 году. К сожалению, до наших дней здание не сохранилось. Как позже рассказал служитель епархии дьякон Раффи, в начале 1950-х годов его должны были восстановить, однако произошла революция и армянский благотворитель, который собирался выделить средства на это, оказался банкротом. А в последовавшей сумятице до старой церквушки никому не было дела.

Сегодня в египетской столице есть четыре армянских церкви, причем две из них — католические (хотя армян-католиков в стране всего около трехсот). Крупнейшая из них — Сурб Григор Лусаворич — находится на улице Рамзеса. Узнав, что я армянин, охранник провел меня к воротам храма, напоминающего Кафедральный собор в Эчмиадзине. Рядом у входа установлен бюст Крикора Егиаяна — дипломата конца XIX — начала XX века. Именно он в свое время собирал средства на строительство этой церкви, спроектированной французским архитектором Левоном Нафиляном в 1924 году. К тому времени в Египет прибыло более 30 тысяч армян, бежавших от геноцида. Поэтому зодчий исследовал множество армянских храмов и от каждого привнес в облик Сурб Григор Лусаворич какой-нибудь элемент, чтобы любой эмигрант, посмотрев на каирскую церковь, узнал в ней ту, что оставил в своем городе или деревне. И действительно, внимательнее осмотрев здание, понимаешь, что это не оригинальное творение, а, скорее, собирательный образ армянской церкви.

Внутри, однако, прихожан не оказалось. Во-первых, день был будний, а во-вторых, армян в Египте с каждым годом становится все меньше. Как рассказал епископ Ашот Мнацаканян, глава Египетской епархии ААЦ, многие уезжают на Запад. «Впрочем, учитывая уникальность армянской общины Египта и уважаемое положение армян в египетском обществе, в будущее мы смотрим с оптимизмом», — говорит епископ. И в самом деле, в отличие от многих других стран, в Египте армяне обосновались задолго до геноцида 1915 года, хотя именно после этого события их число заметно увеличилось. К половине XX века в стране насчитывалось более 60 тысяч армян. Однако после революции, когда многие армянские предприниматели лишились своего бизнеса, цифра эта стала постепенно уменьшаться. С тех же самых пор в Египте упразднили понятие «национальное меньшинство». Теперь разделение там идет по религиозным признакам — в документах значится не национальность, а вероисповедание. Его Преосвященство, который фактически является главным человеком в армянской общине, приехал в Каир в 2002 году, а в 2006-м возглавил епархию. Причем в его юрисдикцию входит не только Египет, но и вся Африка. Хотя в других африканских странах армян, конечно, намного меньше. Буквально за пару дней до нашей встречи епископ вернулся из Свазиленда, где встречался с единственным тамошним армянином — Грикором Дербеляном, который собственными руками построил на своем участке армянскую церковь...

Замок Каср Аль-Барон в ГелиополисеЗамок Каср Аль-Барон в Гелиополисе

***
«А на армянском кладбище вы уже были?» — спросил дьякон Раффи, когда я уже собирался прощаться, и добавил, что армянское кладбище в Гелиополисе, самом престижном районе города, представляет огромную ценность не только для армян Каира, но и для всего нашего народа. Услышав отрицательный ответ, дьякон предлагает подвезти меня туда. Естественно, было бы опрометчиво не согласиться. Пока Раффи называет имена великих армян, похороненных на гелиополисском кладбище — Ерванд Отян, Сирануйш, Ваан Текеян, Нубар Нубарян, — мы проезжаем мимо загадочного величественного замка, напоминающего дворец индийского раджи. Как оказалось, это так называемый Каср Аль-Барон (Замок барона). Построенный в начале XX века бельгийским инженером-финансистом бароном Эдуаром Луи Жозефом Эмпейном замок когда-то считался символом Гелиополиса. А неподалеку, на авеню Барон, стоит бывшее обиталище Погоса Нубара-паши и его жены Мари — дворец Арабеск, который теперь находится в ведении египетских военных.

Такое количество имен выдающихся армян можно встретить разве что в пантеонах Еревана и Тбилиси, так что Раффи был совершенно прав, настояв на нашем приезде сюда. Увидев, что я с интересом разглядываю надгробия, мой спутник указал на пустой пьедестал: «Представляете, несколько дней назад кто-то украл мраморный бюст Сирануйш». — «Неужели поклонники ее таланта?» — «Скорее всего, кому-то просто приглянулось красивое изваяние, вот и решили прибрать к рукам. К счастью, у нас сохранилась копия, скоро поставим».

Едем обратно. У Раффи появляется возможность не спеша рассказывать мне о том, что видно из окна, — своеобразный мини-тур. «Видите красивое строение в той стороне? Это мечеть Салиха Талаи — армянина по происхождению, визиря десятого фатимидского халифа Аль-Фаиза». Но на этом армянский след в истории мечети не заканчивается. В 1881 году в Каире был создан Комитет по сохранению памятников арабского искусства, среди активных деятелей которого было немало армян. По инициативе одного из них, Якуба Артина-паши Черакяна был отреставрирован целый ряд строений эпохи Фатимидов, в том числе мечеть Салиха Талаи, а также основаны Музей античности, Музей арабского искусства и Коптский музей. «В свое время армяне играли заметную роль практически во всех сферах египетской жизни», — вздыхает Раффи.

Гимназия ГалустянГимназия Галустян

***
Сегодня египетские армяне не решают государственных вопросов, как это было век назад. Перед ними стоит множество других проблем. Самая большая — ассимиляция. Именно поэтому браки с представителями мусульманской веры внутри колонии, мягко говоря, не приветствуются. «Дело в том, что армян и так не очень много, все друг друга знают, поэтому если чья-то дочь выходит замуж за мусульманина, то это воспринимается как семейная трагедия», — сетует дьякон. Другое дело — копты. Коренные жители Египта являются христианами. Например, на коптской девушке пару лет назад женился друг молодого армянского парня Тороса, которого я встретил в епархии. «Все-таки нас слишком мало, а копты — христиане и с ними легче найти общий язык, — объясняет Торос и, подумав, добавляет: — Хотя главное — не вера, а человек».

Нубар, студент Каирского университета, несколько лет назад окончил Галустян азгаин варжаран (Гимназию Галустян), которая является предметом гордости армянской общины. «Это же одно из самых первых учебных заведений во всем Египте!» — восклицает Нубар. Школа была основана в 1854 году Карапетом Ага Галустяном и первоначально носила имя историка Мовсеса Хоренаци. В 1907 году ее перенесли в новое здание в районе Булак. Тогда большую роль в возрождении школы, к тому времени уже носившей имя своего основателя, сыграл Нубар-паша Нубарян, первый премьер-министр Египта и самый знаменитый египетский армянин. Мой собеседник говорит, что если и уедет из Египта, то только в Армению. Но на получение второго, армянского гражданства он пока заявку не подавал. В таком случае он, как и многие молодые египетские армяне, должен будет пройти воинскую службу в Армении. Все-таки проблемы у всех армян в мире одинаковые. А может, и у всех жителей Земли…

Возвращаюсь в отель. Это мой последний вечер в Каире, а значит, с городом стоит достойно попрощаться. Можно, например, посидеть в кафе El Kebabgy, попробовать настоящий арабский кебаб и покурить кальян. И насладиться напоследок завораживающим видом ночного Нила.

5 самых знаменитых египетских армян

Рустам Раза (1782—1845)
Сын карабахского купца, похищенный и проданный в рабство в Египет. В 1791 году был зачислен в кавалерийский корпус мамелюков. После взятия Каира французскими войсками перешел к ним на службу и в течение 14 лет был телохранителем и оруженосцем императора Наполеона.

Нубар-паша Нубарян (1825—1899)
Один из виднейших политических деятелей в истории Египта, первый премьер-министр страны. Содействовал организации армянских школ, центров культуры и просвещения во многих армянских общинах.

Погос-паша Нубарян (1851—1930)
Сын Нубара-паши, общественно-политический деятель, инженер. С конца 1870-х занимал руководящие посты в ведомстве по управлению транспорта Египта. Основатель Всеобщего Армянского Благотворительного Союза.

Александр Сарухан (1898—1977)
Один из самых известных художников-карикатуристов арабского мира, считается основоположником школы карикатуристов Египта. В общей сложности нарисовал около 20 тысяч политических, социальных и юмористических карикатур.

Гоар Гаспарян (1924—2007)
Знаменитая оперная певица, которую часто называют армянским соловьем, родилась в 1924 году в Каире. В числе десятков тысяч репатриантов переехала в советскую Армению. С 1949-го была солисткой Национального академического театра оперы и балета Армении.

Журнaл «Ереван», N4, 2010

Еще по теме