24 июня 2013, 11:03
4590 |

Модель процветания требует воли, амбиций и риска

– В нашем интервью в феврале прошлого года мы говорили о понятии «индустрия благотворительности». Ваше понимание этого термина претерпело какую-то эволюцию за последнее время?
– С момента нашей последней беседы действительно многое произошло. Так, например, было принято решение об учреждении фонда IDeA (Initiatives for Development of Armenia). Поскольку благотворительный фонд RVVZ, учредителями которого выступаем я и моя жена Вероника Зонабенд, реализует проекты не только в Армении, мы решили, что «драйвером» армянских проектов будет выступать именно IDeA.

Если вкратце говорить о целях IDeA, то мы создаем этот фонд с тем, чтобы преодолеть скепсис и расширить радиус доверия в обществе. Мы хотим осуществлять благотворительные проекты, которые окажут влияние на будущее Армении, помочь ей перейти от модели выживания, которая сегодня доминирует, к модели процветания. А для этого необходимо трансформировать образ мысли людей, приучить их работать вдлинную и думать на 20–30 лет вперед. Мы пытаемся вернуть людям веру в то, что «невозможное - возможно», через создание механизмов для реализации сложных масштабных проектов.

Мы сформулировали базовые принципы, которые помогают нам в выборе проектов и работе над ними. Их семь:
– долгосрочность проектов;
– масштабность проектов, их знаковый характер;
– коллегиальность и интернациональность;
– заложенный мультипликативный эффект;
– вовлеченность местного населения в реализацию проектов;
– постепенный выход проектов на самофинансирование, первоначальные капитальные вложения – это благотворительность;
– лучшие международные стандарты реализации проектов.
Попытаюсь объяснить действие этих принципов более детально на примерах.

Долгосрочность. Все наши проекты рассчитаны не на пару лет, их горизонт планирования и успешности составляет 10–20 лет. Так, например, идея «Возрождения Татева» возникла в 2003 году, его реализация началась в 2008 году, а завершить проект планируется в 2017 году, когда Татевскому монастырю исполнится 1111 лет. Идея создания Дилижанской международной школы родилась у нас с Вероникой в 2006 году, когда мы искали варианты обучения для наших детей. В 2010 году президентом Республики Армения на территории будущей школы было посажено символическое дерево, в 2014 году школа примет первых учеников, а на полную мощность выйдет только в 2023 году. Затевая подобные долгосрочные проекты, мы стремимся показать на личном примере, что будущее страны нельзя построить за 2–3 года. Это кропотливая работа, которая требует вовлеченности на протяжении десятилетий.

Масштабность и знаковый характер проектов. В проект «Возрождение Татева» в общей сложности будет инвестировано около $80 млн – инициаторами проекта, правительством Армении, частными лицами из разных стран мира. Это очень серьезная сумма. Однако масштабность измеряется не только объемом вложенных средств, но и качественными изменениями уровня жизни в регионе. Если говорить о Татеве, то с октября 2010 года канатной дорогой, ведущей к монастырю, воспользовались более 140 тысяч человек, и это очень серьезная цифра. Развитие туризма влечет за собой развитие инфраструктуры, у местного населения появляются новые источники заработка, создаются новые рабочие места и т. д. В случае с Дилижанской международной школой объем инвестиций в строительство кампуса, инфраструктуру и оборудование составляет $150 млн. В дальнейшем будут привлекаться серьезные средства, которые позволят выделять стипендии и гранты, дающие возможность оплачивать обучение 70% учеников. Подобные проекты важны не только на местном уровне, но и на международном – они привлекают внимание к Армении: например, канатная дорога «Крылья Татева» зарегистрирована в книге рекордов Гиннеса как самая длинная в мире, а в Дилижанской международной школе будут учиться дети как минимум из 60 стран.

Коллегиальность и интернациональность – проекты объединяют большое число людей разных национальностей и вероисповедания. Данный принцип является одним из ключевых, очень важно понимать, что это не проекты Рубена Варданяна. К примеру, донорами «Возрождения Татева» стали не только армяне, россияне или американцы, но и курды, и индийцы, и евреи. Всего в реализации проекта финансовое участие принимают около 140 человек из 18 стран.

Критерием успешности нашей деятельности является не тот факт, что нам удалось построить самую длинную в мире канатную дорогу, а то, что значительная часть доноров «Возрождения Татева» приняла решение поддержать и проект Дилижанской международной школы. Если люди продолжают давать деньги на новые проекты, значит, нам удалось убедить их в правильности и привлекательности наших идей, а это четкий показатель успеха.

Этот принцип пересекается с двумя другими – масштабностью наших проектов и заложенным в них мультипликативным эффектом: большое количество людей, не связанных с Арменией, принимают участие в реализации проектов в этой стране. Многие из них никогда раньше здесь не бывали, а теперь приезжают и становятся друзьями Армении.

Заложенный мультипликативный эффект – развитие инфраструктуры в регионе, где реализуется проект. Естественно, главная цель «Возрождения Татева» заложена в названии проекта – восстановить жемчужину средневекового армянского зодчества и одну из главных армянских святынь. Однако, двигаясь к этой цели, мы решаем и другие важные задачи. Уже очевидно, что строительство канатной дороги «Крылья Татева» стало катализатором развития туризма в регионе. Если до начала реализации проекта Татевский монастырь посещали в лучшем случае несколько десятков туристов в день, то сегодня в будние дни – уже несколько сотен, а в выходные число туристов порой достигает 1 000 человек. За последние несколько лет в Горисе открылось 10 новых отелей, и это яркое свидетельство мультиэффективности нашего проекта. Наряду с этим ведутся работы по развитию в регионе новых видов туризма – пеших и велосипедных прогулок по специально проложенным горным маршрутам, скалолазания и т. д. Возрождение Татева влияет и на близлежащие деревни, жители которых получили возможность найти достойную работу.

Другой очень важный компонент проекта «Возрождение Татева» – это обеспечение более комфортной связи с Арцахом. Ввиду того что дорога из Еревана в Степанакерт достаточно утомительна, многие, в том числе жители Армении, воздерживались от посещения Арцаха. Сегодня же развитие туристической инфраструктуры позволяет путешественникам из Армении и иностранным туристам переночевать в Горисе, насладиться красотой Татева и продолжить свой путь в Арцах.

Строительство Дилижанской международной школы также является ярко выраженным мультиэффективным проектом. Во-первых, Армения пополнит список стран, в которых действуют международные школы, отвечающие самым современным образовательным стандартам, и это будет большим вкладом в укрепление имиджа страны. Во-вторых, подростки, которые будут учиться в Дилижане, смогут в дальнейшем получить образование в лучших вузах мира, и годы, проведенные ими в Армении, не пройдут даром – эти молодые люди станут своеобразными «посланниками» нашей страны, способствуя ее популяризации. В-третьих, реализация столь масштабного проекта будет способствовать развитию малого и среднего бизнеса в Дилижане, созданию новых рабочих мест. Этот список можно продолжать, я выделяю лишь наиболее очевидные аспекты.

Вовлеченность местного населения в реализацию проектов. Это очень важный и вместе с тем один из самых сложных для реализации принципов. Мне бы очень не хотелось, чтобы наши проекты воспринимались как «инородные тела», нечто насаждаемое сверху. Люди, работающие в Татеве или Дилижане, должны чувствовать, что это не просто работа, а «их» проект, часть их жизни. Возьмем, к примеру, ереванский Каскад. Реакция на первые скульптуры была настороженной, а иногда откровенно враждебной. Однако сегодня они уже стали частью естественной ереванской среды, и если кому-то придет в голову убрать «Кота» Ботеро, то, я уверен, очень многие начнут волноваться и спрашивать: «Куда исчез наш кот?»

Постепенный выход проектов на самофинансирование. Необходимо понимать, что первоначальные значительные капитальные вложения, необходимые для создания инфраструктуры, – это благотворительность, они никогда не вернутся донорам. Нужно создавать механизмы для постепенного выхода проектов на самофинансирование – это самая надежная и долгосрочная модель. Мы стремимся создавать условия, при которых дальнейшее существование проектов будет обеспечено независимо от доноров. К примеру, реверсивная канатная дорога в Татеве – это дорогостоящее инженерно-техническое сооружение, и все доходы от продажи билетов идут на ее поддержание.

Лучшие международные стандарты реализации проектов. Наши проекты в Армении отвечают самым высоким мировым стандартам. Канатную дорогу в Татеве строила австрийско-швейцарская компания Doppelmayr/Garaventa – мировой лидер в своей сфере. Если говорить о Дилижанской международной школе, то благодаря проекту, которй создан британским архитектором Тимом Флинном и реализуется российской управляющей компанией RD, в Армении появится первый крупный комплекс общественных зданий, отвечающий самым современным экологическим стандартам и идеально вписанный в ландшафт Национального парка Дилижана. Если посмотреть на попечительский совет школы, то все его члены – люди различных национальностей, добившиеся международного признания и готовые стать во главе этого проекта. Это еще одно доказательство того, что мы задаем очень высокую планку своим начинаниям.

Если же говорить об индустрии благотворительности в целом, то это относительно новое понятие, следствием чего является недостаточное количество людей, умеющих заниматься благотворительностью профессионально. Очень часто благотворительность воспринимается как эмоциональный порыв, а не профессиональная управленческая деятельность. Люди не всегда понимают, что к работе в этой сфере следует подходить так же серьезно, как к коммерческой деятельности. Конечно, многие перестраиваются, учатся. Кому-то это удается быстрее, кому-то – медленнее, но понимание индустрии благотворительности в обществе все-таки улучшается.

– Вы не раз говорили, что бизнес интересует вас не только как способ заработать деньги, но и как средство добиваться положительных изменений. Ваши проекты помогают Армении меняться в лучшую сторону?
– Надеюсь, в какой-то мере помогают. Я считаю важными даже небольшие изменения и рад, что многое уже реализовано. Другой вопрос, что, будучи по натуре неспокойным и очень требовательным к самому себе и к окружающим человеком, я сильно переживаю, что все движется очень медленно. В то же время я понимаю, что в Армении вообще скорость событий невелика и есть большая инерционность. В любом случае, надеюсь, что мы успеем претворить в жизнь все то, что запланировали сделать, в течение нескольких десятилетий.

– Сейчас есть модный термин «краудфандинг» (crowd funding): люди, в основном молодые, самоорганизуются в социальных сетях и начинают собирать деньги для помощи больным детям, решения каких-то локальных муниципальных задач и др. Могут ли состоятельные люди помочь таким энтузиастам создать некую операционную оболочку, в рамках которой они смогут лучше реализовать свои благие намерения?
– Можно сказать, что у нас тоже есть некоторый опыт краудфандинга: несколько лет назад многие люди откликнулись на инициативу журнала «Ереван» и приняли участие в сборе средств для реставрации памятника Давиду Сасунскому и родника на площади Республики в Ереване. И хотя посредством краудфандинга сложно решать масштабные благотворительные задачи, я считаю его очень хорошим и важным начинанием. Тем не менее, между краудфандингом и индустрией благотворительности много различий: краудфандинг – это только один из механизмов.

– В нашем прошлом интервью вы говорили, что проект «Армения-2020» был «попыткой вспахать ментальное поле в Армении». К сожалению, попытка оказалась не очень успешной, поскольку предложенные в рамках проекта модели развития Армении и сценарии не стали предметом для обсуждений со стороны политических сил, СМИ и общества в целом.
– Ответ простой – надо продолжать «пахать» дальше. (Улыбается.) Нельзя получить урожай, вспахав поле один-единственный раз. И потом, я не согласен с тем, что проект «Армения-2020» не дал результатов. Идея государственно-частного партнерства, которая в нем была заложена, реализовалась путем создания Фонда национальной конкурентоспособности Армении. Не будем забывать и о том, что правительство Армении вложило в проект «Возрождение Татева» $20 млн, внеся тем самым очень существенный вклад в его реализацию. Так что восстановление Татевского монастыря – это совместная работа частных инвесторов, Армянской апостольской церкви и правительства, в которой Фонд национальной конкурентоспособности Армении выступает координатором между участниками проекта.

Фонд IDeA является продуктом проекта «Армения-2020». Так что в действительности многие из идей и подходов, которые обсуждались нами в свое время, постепенно начинают обретать очертания конкретных проектов.

– Чего, на ваш взгляд, сегодня больше всего не хватает в Армении?
– Наверное, не вполне корректно давать такие оценки, поскольку я не живу здесь. В то же время как человек, который регулярно приезжает в Армению и может смотреть на процессы «со стороны», я вижу несколько фундаментальных проблем.

Несмотря на то, что в Армении есть нехватка рабочих мест, нам невероятно сложно найти профессионалов, готовых посвящать себя проектам, не ограничиваясь только лишь рабочими часами. При этом многие готовы уезжать в Москву или куда-то еще и выполнять там гораздо менее привлекательную работу.

Нужно отметить, что в армянском обществе сегодня доминирует несколько искаженное восприятие успеха: успешен не тот, кто много работает и зарабатывает, а тот, кто обладает деньгами, не работая. Важным является наличие не знаний, а диплома. Такая подмена понятий, конечно, удручает. Еще здесь часто смешиваются личные и профессиональные отношения. Это приводит к тому, что обсуждение той или иной деловой проблемы зачастую превращается в «базар» или перемывание косточек друг другу.

Есть и другой аспект: самые богатые люди в стране не являются при этом крупнейшими налогоплательщиками, а их бизнес часто построен не на таланте или интеллекте, а на близости к власти. Существуют разные правила игры для разных групп, определенные опять-таки не талантом или работоспособностью, а вхожестью в тот или иной круг. Хотя есть, конечно, и примеры хороших историй успеха. И мне очень приятно, что некоторые из армянских бизнесменов участвуют в реализации наших проектов.

Думаю, все это происходит от того, что у людей нет веры в будущее, мечты. Армения сегодня придерживается модели выживания. Когда живешь в таком режиме, то не задумываешься о долгосрочных перспективах. Отсутствие «длинного» горизонта планирования заметно даже у элиты, поэтому и важнейшие решения принимаются без мысли о будущем, будто живем только здесь и сейчас. Жизнь «вкороткую» особенно заметна в градостроительстве: в Армении сегодня строится множество высотных домов, причем в центре городов. Однако при быстром насыщении пространства большим количеством объектов неизбежно страдает качество строительства, не говоря уже о сопутствующей инфраструктуре. А уж вопросы идеологии, эстетики, наконец, удобства и приспособленности таких домов для жизни людей, в особенности детей, и вовсе никого не волнуют. Новые объекты недвижимости должны не просто вписываться в городскую среду – они должны помогать городу сохранять свою целостность, идентичность, а это возможно только тогда, когда любишь свой город, заботишься о нем и думаешь, каким он будет завтра. Сегодня, к сожалению, не ощущается любви жителей к своему городу, своей стране, гордости за нее.

Для того чтобы переломить ситуацию, нужно, во-первых, расширять радиус доверия, а во-вторых – увеличивать горизонт планирования, но существующая сегодня в Армении модель выживания этого не допускает. Это проблема не только власти, но и общества, самих людей. Они, образно говоря, строят маленький ларек, потом пристраивают к нему веранду, потом балкон, затем на месте всего этого возникает цех, в итоге все вместе вырастает в империю, которая, тем не менее, остается сотканной из таких вот лоскутков.

Последние несколько столетий армяне жили под игом чужаков, и, видимо, это стало одной из причин того, что мы очень хорошие посредники и заместители, но крайне редко становимся руководителями крупных корпораций. Модель выживания у нас присутствует во всем, а вот модели процветания, требующей амбиций и риска, пока нет.

– Модель может измениться в обозримом будущем?
– Все возможно. Это вопрос видения, воли и последовательности действий. Целью IDeA является эффективная трансформация образа мысли людей, которая необходима, чтобы перейти к модели процветания. В данном вопросе очень важна последовательность действий, этого невозможно добиться за один день.

Интервью mediamax.am

Еще по теме