23 сентября 2016, 21:45
1692 |

Назад в будущее

Независимость дала армянам диаспоры шанс активно участвовать в жизни исторической родины. И многие им воспользовались. Кто-то осуществляет здесь свои проекты — нередко весьма дорогостоящие и амбициозные, кто-то отдает родине свои знания, умения и возможности. А некоторые ломают привычный уклад и переезжают в Армению — за теплом, природой, людьми, новыми возможностями. И таких уже немало. Молодые армяне диаспоры рассказывают о том, как вернулись назад, чтобы построить лучшее будущее.

Тамар Наджарян

Впервые я приехала в Армению в 11 лет, вместе с семьей. Я была еще ребенком, и здесь был настоящий рай: нам с братом позволяли одним играть на улице. Мы убеждали всех выбросить паспорта и остаться в Армении, но, к сожалению, нужно было возвращаться в Канаду. Помню, однажды мы поехали в деревню Айгеат, гуляли там с родственниками, и меня без всякого стеснения водили по садам соседей, на чужие участки. Я так испугалась, никогда в жизни не делала ничего подобного. Мне казалось, люди нас отругают, но кого бы мы ни встретили, все приглашали на чашку чая, кто-то даже подарил мне тыкву… Все это так сильно отличалось от жизни в Канаде, где даже у себя во дворе страшно оставить ребенка играть одного — могут похитить.

Мне было 21, когда я подала заявку на программу Birthright Armenia и приехала. Приехала и влюбилась.  Я всегда любила Армению, но до программы Birthright мне и в голову не приходило переезжать сюда. Вместе с коллегами я объездила всю страну, влюбилась в Гюмри, побывала в Степанакерте, Прошян произвел совершенно замечательное впечатление. Здесь люди очень открытые, теплые, даже живущая в вагончике бабушка пригласит в гости и потратит часть своей пенсии в 20 000 драмов на то, чтобы угостить тебя чем-нибудь сладким. Я никогда не сталкивалась с подобным. Кроме того, здесь есть возможность создать кучу всего нового: в Канаде все уже сделано, ничего по-настоящему инновационного ты придумать не можешь. если хочешь сделать что-то, что изменит жизнь вокруг, нужно ехать сюда.

К концу программы я была уверена, что хочу остаться в Армении. Единственная проблема заключалась в том, что я еще не окончила университет в Канаде, так что я поехала назад — решать этот вопрос. Мама была в шоке от новостей, а папа ее успокаивал: «Оставь ее, хочет ехать — пусть». Не верил, что на самом деле поеду, думал, что если и так — вернусь через пару месяцев. Только перед самым моим отъездом мама убедилась, что я правильно делаю, уже и сама хотела, чтобы мы все перебрались сюда и сейчас с нетерпением ждет этого дня. А папа, наоборот, не мог сдержать слезы: «минуточку, дочка моя и правда уезжает? Но как же, куда?» В первую очередь мне нужно было найти работу. Первые месяцы были какими-то сумбурными. Я потратила все имеющиеся деньги и только потом, наконец, нашла работу в одном из проектов USAID. После этого нужно было найти дом. Но я не знала здешних правил, не знала, какие нужно подготовить бумаги, боялась, что обманут. Попросила помощи на работе и меня направили в юридический отдел. Перед тем, как зайти туда, я пошутила, что того, кто мне поможет, буду любить до конца жизни. Так и случилось: вскоре я обручилась, а летом вышла замуж. В смысле сохранения армянства лучше места, чем Армения, не найти. В диаспоре — максимум одно-два поколения, а потом… Здесь даже в случае смешанных браков ребенок вырастает армянином, за рубежом это практически невозможно. А здесь я буду бороться не за то, чтобы мои дети росли армянами, а за то, чтобы они росли хорошими людьми. 

 

Серуж Абраамян

Я родился в Бейруте. Когда мне было четыре годика, мы с семьей переехали в США. Я жил в Лос-Анджелесе, но там все не так, как представляют себе здесь — не все армяне. К примеру, в моем городе армян совсем не было. Единственное, что всегда поддерживало во мне армянина — моя семья. Дома просто запрещалось говорить на каком-либо языке, кроме армянского.

Впервые я приехал в Армению в 2003-м в качестве волонтера. Родители были очень рады моему желанию ехать, для них это был знак того, что моя национальность важна для меня. До 2011 г. я еще несколько раз побывал здесь, поучаствовал в различных программах, познакомился с замечательными людьми. Как-то мне пришло в голову, что каждый раз я бывал тут летом и здешнего Нового года не видел. Решил исправить ошибку. В декабре 2011-го приехал и остался. Вот тут уже родители были не очень рады. Они никогда не были в Армении, подбадривали меня, конечно, но с осторожностью. А сейчас и сами подумывают о том, чтобы переехать. Живя в диаспоре, часто слышишь об Армении какие-то вещи, которых на самом деле нет. Скажем, до сих пор я ни разу не дал взятки, несмотря на то, что приходилось иметь дело и с полицией, и с больницами, и с ОВИРом. А я-то ожидал, что раздавать взятки или бороться с взяточничеством будет каждодневным делом моей жизни! еще я ждал, что мне будут говорить «ты из диаспоры, ты не настоящий армянин», но и этого не было. Я не жалею, что приехал, даже если оставить в стороне мое происхождение. Я это не к тому, что каждому человеку лучше переехать сюда, но я могу делать здесь то, что люблю: преподавал брейк-данс детям «Тумо», теперь работаю по профессии, PR-специалистом в общественной организации «Против правового произвола». Я с удовольствием иду на работу, делаю много чего интересного, пишу статьи и т. д. Конечно, все это я мог бы делать и в Америке, но это не было бы так же ценно. Здесь ты чувствуешь, что приносишь пользу своей стране. если ты армянин и твой народ важен для тебя, ты должен быть каким-то образом связан со своей страной. Установление этой связи и привело меня в Армению.

 

Арамазд Галаджян

Я родился и вырос в Нью-Йорке, там же учился. Примерно полтора года жил в другом штате, в горах, работал над своим дизайн-проектом, выращивал растения. Потом вернулся в Нью-Йорк, хотел сдать экзамен GRE для поступления в магистратуру. Рассказал об этом тете, она сказала, что у нее есть интерн, которая тоже готовится к этому экзамену. Так я познакомился со своей будущей женой Ани. Хоть у меня уже и была профессия — дизайнер, Ани подтолкнула меня на то, чтобы более серьезно заняться моим увлечением — документальным кино, и добиться чего-то в этой сфере. Так я начал ходить на специальные курсы.

Ани только вернулась из Армении, когда мы с ней познакомились и, как любой армянин из диаспоры, была под сильным впечатлением. Мы уже с самого начала представляли, как переберемся в Армению, как у нас там будет свой сад, куры, виноградник, кто будет заниматься работой, а кто — обрабатывать землю. Мы просто хотели набраться опыта каждый в своей сфере, чтобы вернуться на родину готовыми специалистами. Вскоре Ани получила стипендию, и мы переехали в Эфиопию. Я стал наблюдать за тамошней армянской общиной и решил снять документальный фильм о ее прошлой и настоящей жизни. Я начал фандрайзинг, собрал достаточно средств для осуществления своих идей и приступил к работе над фильмом.

В августе 2012-го Ани снова получила стипендию, и нам представился случай приехать в Армению. Некоторое время я работал волонтером в Тумо, обучал детей, потом снова уехал в Эфиопию — заканчивать фильм, а в ноябре 2013-го вернулся в Армению. В декабре был на грани серьезной депрессии — была страшно холодная зима, если помните. Нашел какую-то работу, связанную с дизайном. А потом я познакомился с Бено. Очень редко бывает вот так встретить человека, чтобы вам обоим сразу понравилась друг в друге манера работать, идеи, оптимизм, способность концентрироваться не на проблемах, а на возможностях. Нельзя было упускать такой момент. И мы вместе основали студию «Чарагайт» («луч»). Вообще, каждый переезжающий в Армению человек привозит что-то ценное. Даже если он до конца своих дней не будет работать, а будет просто жить, все равно он что-то привносит в эту жизнь.

Чтобы изменить будущее Армении, нужно только одно — много людей. если из всех стран, где у нас есть общины, хотя бы часть людей переедет, они привезут сюда свои взгляды, языки, знания, обычаи. Это очень важно. Дело в том, что хотя люди здесь очень нуждаются в том, чтобы познавать другие культуры, зачастую они не хотят или не могут покинуть Армению. В этом случае репатриация может стать отличной возможностью культурного обмена. Уже не говорю о том, что, по моему мнению, все общины по миру должны закрыться, а армяне — вернуться в Армению.

 

Бено Мишоян

Я родился в Алеппо, учился в Дубае, работал в Дамаске и Алеппо, а в последнее время и в Бейруте. Оттуда и переехал в Армению. Впервые был здесь в лагере в 2003-м. Потом снова в 2005-м, а в 2009-м приехал уже получать гражданство. Армения только приняла закон о двойном гражданстве, и мы с двумя моими друзьями решили получить паспорта. Как только документы были готовы, я уехал работать в Бейрут. Но вскоре понял, что не смогу остаться там. Понял, что пора найти свое место и, наконец, обосноваться. И первым делом подумал, конечно, об Армении. Решил, что сначала поеду по программе Birthright Armenia, потому что в Армении у меня совершенно не было друзей или знакомых.

 

Я приехал 14 декабря 2013 г. Планировал приехать на четыре месяца и остаться, если за это время смогу найти чем заняться. Но уже через месяц встретил своего нынешнего партнера — Арамазда, а еще через месяц мы решили вместе основать дизайн-студию.В марте появился «Чарагайт», где мы сейчас и работаем. Родители приветствовали мое решение, а сейчас и сами подумывают переехать сюда. может, я счастливчик, или образ мыслей у меня такой, но пока что никаких серьезных проблем у меня не было. Не знаю, почему тут люди так много жалуются?! А больше всех — водители такси. Но вот что интересно: в Сирии, в Ливане таксисты говорят абсолютно то же самое, так что я приехал уже привыкший к их жалобам. Есть много вещей, которыми местные жители недовольны, но если посмотреть на все это с другой точки зрения или на примере других стран, можно увидеть, что зачастую там гораздо хуже. К примеру, все жалуются, что здесь мало зелени. Я согласен, было бы лучше, если бы было больше, но когда ты приезжаешь из Алеппо, где совсем нет деревьев, город здесь кажется очень даже зеленым. Все относительно. если быть реалистом и оптимистом, можно спокойно жить здесь так же, как в любой другой стране.

 

Данниэль Румеан

Я  на четверть армянин, на четверть — испанец, а наполовину — англичанин. Родился и вырос в Испании, учился в Англии. Я хотел путешествовать и решил, что вместо того чтобы ехать в Индию или Китай, с которыми у меня нет никакой связи, я могу поехать в Армению и узнать побольше об этой грани своего происхождения.

Шел 2012-й, я должен был приехать на 4 месяца по программе Birthright Armenia, потом решил остаться на 6, потом на 8… 10 месяцев прожил в Шуши и подумал, что могу остаться и подольше. Знаете, в Испании я был «тем англичанином», в Англии — «тем испанцем», Армения — единственное место, где, когда я рассказываю о своем происхождении, мне говорят «а, значит ты армянин!». Мой дед был армянином, он родился в России, его отец — в Западной Армении, а мой отец — в Иране. Надеюсь, мои дети, наконец, родятся в Армении. Я вообще не люблю планировать. Я пока здесь, и все хорошо. Кто знает, может в следующем году я устану и перееду. Я вырос, практически ничего не зная об Армении. Конечно, знал о геноциде, дома мы говорили на армянском. Но я правда не знал, чего ждать от этой страны. Другим вариантом была Испания, где у меня не было работы, где было трудно, где та же самая коррупция, просто скрытая. Здесь все обо всем знают, все открыто. Конечно, здесь все может быть гораздо лучше, но ведь и я могу изменить что-то. Я не из тех, кто все время ноет и жалуется. Есть три причины, ради которых я посоветовал бы всем армянам мира переехать в Армению. Первая — люди, вторая — природа и география и, конечно, возможности. На Западе все уже сделано, он прошел свой путь, совершил свои собственные ошибки, а у Армении пока все впереди, а значит, есть возможность не повторять ошибки Запада.

 

Сирарпи Григорян

Мы переехали в Россию в 1998 г., когда мне было 8 лет. Моя мама привила мне любовь к родине, и я все время порывалась приехать, но никак не получалось. Я не жила в Армении 16 лет. Когда окончила учебу, стала искать в интернете варианты приехать и нашла программу Birthright.

Год обдумывала все, потом рассказала родителям, что еду в Ереван. Они согласились с большой натяжкой. Сначала я ехала повидать родину, по которой так соскучилась. Приехала в апреле, на месяц. Потом еще на месяц отложила отъезд, а потом решила остаться. Мама обрадовалась моему решению, потому что и сама хотела приехать. А вот папа и сестра были не в восторге. В итоге сестра тоже попробовала пожить здесь, но ей не понравилось, и она уехала обратно. Я не удивляюсь, мы очень разные. Мне говорили, что я все равно долго не протяну, больше двух дней в Армении делать нечего. На самом деле единственная проблема в высокой безработице. Прямо сейчас я ищу работу и пока не могу найти. С другой стороны, в России у меня была хорошая работа, на которую и сейчас зовут, но я нисколько не жалею, что приехала. Мой образ жизни практически не изменился — как жила в России, так и здесь живу, просто здесь мне легче и приятнее. Думаю, это вопрос личного выбора.

 

Источник: Журнал "Ереван" Спецвыпуск 2016

Еще по теме