Журнал Спецвыпуск Юг Армении Ущелье покинутых сказок

25 августа 2010, 12:50
2254 |

Ущелье покинутых сказок

Горисцы утверждают, что именно они изобрели арку как архитектурную форму. Побродив по пещерному городу Хндзореск и не менее пещерному Старому Горису, вдруг понимаешь, что уже не относишься к этому с юмором. Да и вообще, стоит погулять по пещерам, понаблюдать за тем, как грубая кладка, перекрывающая входы, обрастает строительными изысками, а потом и отделяется, начиная самостоятельную жизнь. И становится так очевидно, что архитектура родилась от природы методом почкования.

Вид со смотровой площадки на Старый Хндзореск вызывает растерянность чувств. Эти три километра ущелья усеяны острыми каменными глыбами с пустыми глазницами пещер. Около тысячи лет назад в них поселился человек. В первую очередь он, должно быть, оценил безопасность этих жилищ, в которые, скорее, шальная птица залетит, чем хищник или враг доберется. Чтобы зайти в свой дом на высоте метров 20—30, хозяева прибивали у входа в пещеру горизонтальный деревянный брус, на который с земли набрасывали канат с крюком и взбирались по нему. Вот такой бытовой альпинизм. Кстати, последней жительнице этих мест, которую можно было встретить здесь еще два-три года назад, было далеко за восемьдесят. Как оказалось, любви к своему дому тоже все возрасты покорны. В этот приезд скалолазку мы здесь уже не застали.

***
Под сенью огромных деревьев прогулочным шагом спускаемся в ущелье. В тени арки — родник. Этот свод — рукотворный. Трудно, должно быть, местным строителям было отказаться от привычки видеть небо в форме полукруга. Католикос Абраам Кретаци так описал Хндзореск в 1735 году: крыши одних домов служили садом для других. Наверное, издали это было похоже на зеленую цветущую высотку.
Кстати, Хндзореск в переводе значит «яблочный» — можно догадаться, что здесь росло, да и теперь растет много яблонь. По другой версии, это обтесанный разговорным языком вариант словосочетания Хор Дзор — «глубокое ущелье». Одним словом, у этих мест было целых две причины так называться.

***
Тропа направо ведет к могиле славного воина Мхитара Спарапета, вместе с Давид-беком изгнавшего из Сюника персов. Мимо трогательных руин небольшой церквушки проходим во двор. И вдруг…
— Здравствуйте!  
Выскочи оттуда медведь, я бы удивилась меньше, чем появлению этого мужчины — таким пустынным казалось это место одно слово назад.
— Кто ты? — спрашиваю.
— Мартирос.
— Что тут потерял?
— Сад у меня внизу. Так что я тут часто бываю. А сегодня вот решил на могилу Мхитара прийти, посмотреть, все ли тут в порядке. Камень Спарапета вот этот. Знаете, здесь только тело его погребено. А голову ему персы отрубили, чтобы труп не узнал никто — боялись, что народ взбунтуется. Так что, бог его знает, где теперь голова Спарапета.
На надгробии полководца высечено войско — всадники с копьями и ружьями идут в поход. На точно таком же надгробии рядом изображен пир: музыканты с инструментами, кто-то с чаркой вина. Гуляка, должно быть, здесь похоронен.

Читайте полную версию в формате PDF